Алишер Никимбаев: Иран официально не снимался с отбора ЧМ‑2026 - заявления министра спорта не подтверждены федерацией
Известный футбольный функционер из Узбекистана Алишер Никимбаев прокомментировал резонансные заявления министра спорта Ирана Ахмада Дондьямали о том, что национальная сборная его страны якобы не будет участвовать в отборочном турнире чемпионата мира 2026 года. По словам Никимбаева, говорить о снятии иранской команды с квалификации рано - никаких формальных подтверждений от Федерации футбола Ирана на данный момент нет.
Узбекский специалист подчеркнул, что в международной практике судьбу участия сборной в турнирах определяют не отдельные высказывания политиков или чиновников, а официальные документы, направленные национальной ассоциацией в адрес конфедерации и ФИФА. Пока таких документов по линии Ирана не зафиксировано, сборная этой страны остается полноправным участником отбора к ЧМ‑2026.
Никимбаев отметил, что подобные громкие заявления нередко делаются на эмоциях или в контексте внутриполитической дискуссии и далеко не всегда доводятся до реального шага - отказа от участия в крупнейшем футбольном турнире планеты. Он призвал относиться к словам министра спорта Ирана с осторожностью и не выдавать их за свершившийся факт.
По его словам, календарь отборочного турнира в азиатской зоне уже сформирован, и Иран включён в расписание матчей. Все подготовительные процессы в конфедерации и национальных федерациях продолжаются в штатном режиме, и ни одна из официальных структур не получала подтверждённых уведомлений о снятии иранской сборной с турнира.
Отдельно Никимбаев обратил внимание на то, что отказ от участия в чемпионате мира - это крайне серьёзное решение с точки зрения как имиджа страны, так и развития отечественного футбола. Сборная Ирана традиционно является одной из сильнейших в Азии, регулярный участник мировых первенств, и добровольный отказ от квалификации противоречил бы долгосрочным спортивным интересам государства.
Он также пояснил, что любые изменения в списке участников требуют официальной процедуры: федерация должна направить письменное уведомление в свою континентальную конфедерацию, после чего вопрос рассматривается в регламентных органах. Пока ни Азиатская конфедерация футбола, ни ФИФА публично не объявляли о каких-либо изменениях, касающихся статуса сборной Ирана.
В контексте азиатского футбола возможный уход такой команды, как Иран, серьёзно повлиял бы на баланс сил в отборочном турнире. Это затронуло бы и соперников по группе, и общий уровень конкуренции за путёвки на ЧМ‑2026. Никимбаев подчеркнул, что именно поэтому любые слухи о снятии должны проверяться особенно тщательно, а ориентироваться следует только на официальную позицию федераций и международных органов.
Он выразил уверенность, что пока в повестке дня - не отказ, а подготовка к важнейшему циклу. В большинстве сборных, включая иранскую, уже запущены тренерские программы, ведётся работа по анализу соперников, формируются расширенные списки игроков. Срыв участия в отборе означал бы не только удар по престижу, но и потерю целого четырёхлетнего цикла развития национальной команды.
Никимбаев также напомнил, что в современном футболе любое резкое политическое заявление мгновенно разлетается по информационному пространству, часто вырывается из контекста и интерпретируется как окончательное решение. Однако реальная управленческая практика устроена иначе: чтобы слова превратились в действие, требуется целая цепочка формальных шагов, согласований и документов.
По его мнению, вокруг иранской сборной сложилась типичная для больших футбольных стран информационная турбулентность. Любое высказывание высокопоставленного чиновника немедленно становится поводом для громких заголовков и спекуляций, хотя внутри самой федерации и команды нередко продолжается обычная рабочая рутина - подготовка к матчам, сборы, планирование логистики и тренировочного процесса.
Комментируя возможные причины столь резких формулировок со стороны министра спорта, Никимбаев осторожно заметил, что спорт часто оказывается вовлечён в более широкий политический и социальный контекст. Но именно поэтому особенно важна стабильная, взвешенная позиция профильных спортивных структур - тех, кто отвечает непосредственно за футбол, а не за политическую повестку.
Он также указал, что для таких стран, как Узбекистан, Казахстан, Иран и других представителей региона, участие в отборочных матчах чемпионата мира - ключевой фактор прогресса. Матчи высокого уровня против сильных соперников позволяют растить новое поколение игроков, повышать интерес болельщиков и привлекать инвестиции в инфраструктуру. Отказаться от этого добровольно - значит сознательно затормозить собственное развитие.
Никимбаев выразил надежду, что болельщики будут критически относиться к потоку слухов и не спешить с выводами. По его словам, окончательным маркером останется официальный календарь игр. Пока Иран в этом календаре присутствует, логично считать, что сборная готовится играть и бороться за путёвку на ЧМ‑2026 наряду с другими представителями азиатского футбола.
Он также подчеркнул, что национальные федерации, включая иранскую, хорошо понимают последствия резких шагов. Помимо репутационных рисков, возможны и дисциплинарные последствия на уровне конфедерации и ФИФА, если снятие произойдёт с нарушением установленных сроков и регламентов. Это ещё одна причина, по которой подобные решения не принимаются и не реализуются за один день.
В завершение Никимбаев резюмировал: на сегодняшний день разговоры о неучастии Ирана в чемпионате мира 2026 года основаны лишь на словах министра спорта, не подкреплённых никакими документами. С точки зрения футбольного права и международной практики, это означает, что сборная Ирана по-прежнему остаётся участником отбора, а все прогнозы о её возможном снятии остаются на уровне предположений и журналистских интерпретаций.
Комментарии